Генез печени

Неалкогольное жировое повреждение печени (жировая дистрофия печени, жировой гепатоз) в индустриально развитых странах подразумевает ряд заболеваний печени, не включающих гепатиты алкогольной или вирусной этиологии. Неалкогольное жировое повреждение печени ассоциировано с метаболическими нарушениями разной степени выраженности, такими как центральное ожирение, дислипидемия, гипертензия и гипергликемия. Основными причинами указанных изменений принято считать малоподвижный образ жизни и соответствующую так называемую вестернизированную диету с высоким содержанием легкоусвояемых углеводов и насыщенных или гидрогенизированных жиров. При этом степень поражения печени может варьировать от простого отложения жира без фиброзных или некротических воспалительных изменений до развития неалкогольного стеатогепатоза (НАСГ) с различной степенью выраженности фиброза, некроза и воспаления, что в дальнейшем прогрессирует в цирроз или гепатоцеллюлярную карциному .

Инсулинорезистентность (ИР) мышечной и жировой ткани сопровождается гиперинсулинемией и увеличением концентрации свободных жирных кислот (СЖК) в крови, что приводит к повышению образования триглицеридов (ТГ) в печени. Если скорость образования ТГ печенью превышает скорость их включения в ЛПОНП с образованием комплекса ЛПОНП — ТГ, развивается жировой гепатоз. В настоящее время существует достаточное количество доказательств того, что у лиц с НАСГ присутствует ИР/гиперинсулинемия и увеличение количества жировой ткани в печени у них отмечается достаточно часто, несмотря на то, что они не болели вирусным гепатитом и не страдают алкоголизмом . Принято считать, что ведущая роль в развитии НАСГ принадлежит взаимосвязи ожирения и ИР. Это подтверждают и результаты исследования , в котором участвовали лица с нормальной или умеренно повышенной массой тела. Было показано, что содержание жировой ткани в печени, установленное с помощью протонной спектроскопии, не зависело от индекса массы тела, количества висцерального или подкожного жира, определяемого методом МРТ, но существенно коррелировало (p > 0,001) с концентрацией инсулина натощак (r = 0,64) и уровнем ТГ (r = 0,60) в сыворотке крови. Таким образом, ожирение способствует формированию ИР, но именно гиперинсулинемия ответственна за увеличение содержания жировой ткани в печени.

Патофизиология НАСГ заключается во внутрипеченочном накоплении жира в форме ТГ, в котором ИР, как было указано выше, играет важную роль, облегчая транспорт свободных жирных кислот в печень из висцеральных жировых запасов или в результате периферического липолиза . Исследования показали, что ожирение, сахарный диабет (СД) 2­го типа, дислипидемия, гипертензия, в основе которых лежит единый метаболический дефект — ИР, ассоциированы с НАСГ . Поскольку все вышеперечисленные состояния являются составными частями метаболического синдрома — хронического воспалительного процесса, объединяющего ИР, ожирение, диабет и сосудистые заболевания, то НАСГ можно рассматривать как печеночное проявление метаболического синдрома . Однако механизмы прогрессирования заболевания с исходом в цирроз и гепатоцеллюлярную карциному, а также причины, из­за которых это происходит, до конца не известны.

Другими причинами развития вторичного НАСГ является длительное применение некоторых лекарственных препаратов: амиодарона , антивирусных препаратов (аналоги нуклеозидов) , аспирина/нестероидных противовоспалительных препаратов , кортикостероидов (усугубляют инсулинорезистентность), метотрексата , нифедипина, перексилина , тамоксифена , тетрациклина, вальпроевой кислоты .

В процессе формирования НАСГ жалобы и клинические симптомы обычно отсутствуют. Иногда могут отмечаться усталость, ощущение тяжести или болезненности в правом подреберье, снижение массы тела.


Точный диагноз жирового гепатоза устанавливается с помощью биопсии печени, которая также информативна для уточнения степени воспалительного процесса и фиброза. Ультразвуковое исследование может выявить стеатогепатоз, а также наличие конкрементов в желчном пузыре (холелитиаз) . Биохимическим маркером НАСГ принято считать повышенный уровень АЛТ при соотношении АЛТ > АСТ . Рекомендуют проводить и другие тесты: СОЭ, концентрация глюкозы и альбумина в крови, функция почек и др. Поскольку печень играет важную роль в гемостазе, исследуют некоторые показатели системы коагуляции, в частности INR (international normalized ratio). Проводят также исследования для исключения вирусной этиологии: вирусов гепатитов А, В, С, Эпштейна — Барр, цитомегаловируса, герпеса, краснухи и аутоиммунного гепатита. Необходимо исключить и гипотиреоз (определить уровень ТТГ), так как при этом заболевании также встречается жировой гепатоз печени . Кроме того, при отсутствии восстановления показателей до нормальных значений у пациентов с повышенной массой тела на фоне лечебных мероприятий, таких как снижение массы тела с помощью диеты и физической активности, необходимо искать другую причину жирового гепатоза, не связанную с метаболическим синдромом. Например, поражение печени, связанное с приемом некоторых лекарственных препаратов (см. выше), поражением других органов и систем, у молодых лиц с нормальной или даже низкой массой тела (сотрудники модельного бизнеса), врожденными дефектами, наличием фиброза или цирроза .

В терапии НАСГ на сегодняшний день нет единого золотого стандарта. Были проанализированы различные методы лечения, в результате чего установлено, что, несмотря на снижение активности АЛТ под влиянием некоторых видов терапии, не происходит обратного развития гистологических изменений в печени и улучшения клинического исхода заболевания. Общие рекомендации включают здоровое питание и физическую активность, направленные на снижение массы тела и уменьшение потребления алкоголя . Потеря массы тела, способствует нормализации активности ферментов печени, снижению концентрации инсулина и улучшению качества жизни. Однако потеря массы тела должна быть постепенной — не более 1,6 кг в неделю. Быстрое похудение может привести к ухудшению функции печени.

В диету необходимо включать большое количество овощей и фруктов, ненасыщенных жиров, содержащихся в рыбе, оливковом масле, орехах, хлеб из цельного зерна и коричневый (нешлифованный) рис. Потребление животных жиров и жирных сортов мяса следует свести к минимуму.

Физическая нагрузка должна быть умеренной — в течение 30–60 минут не менее 5 дней в неделю, что включает утреннюю зарядку 10–20 минут ежедневно, быструю ходьбу до 30 минут или не менее 5 км в день ежедневно, плавание до 1 часа 3 раза в неделю, езду на велосипеде, катание на лыжах, коньках . При этом следует избегать чрезмерной физической активности, употребления большого количества алкоголя (свыше 20 алкогольных единиц в неделю для мужчин и 14 для женщин), бесконтрольного приема лекарственных препаратов.

Медикаментозная терапия жирового гепатоза направлена в первую очередь на снижение инсулинорезистентности. К таким препаратам относят следующие: метформин, активаторы PPARγ (розиглитазон, пиоглитазон) и α­липоевую кислоту (α­ЛК). Было показано, что под влиянием этих препаратов происходит улучшение уровней АЛТ и АСТ и гистологической картины печени. Однако после прекращения приема препаратов активность ферментов возвращается к таковой до лечения.

Активаторы PPARγ (тиазолидиндионы) эффективно снижают инсулинорезистентность, однако обнаруженные в последнее время негативные эффекты этих препаратов существенно ограничивают возможности их клинического применения. Так, было показано, что они задерживают воду в организме и способствуют возникновению отеков , усиливают липогенез, что ведет к повышению массы тела . Последнее обстоятельство противоречит основному принципу лечения метаболического синдрома — борьбы с ожирением. Кроме того, на фоне применения этих препаратов отмечается учащение переломов дистальных костей конечностей . Действие розиглитазона связывают с повышением риска инфаркта миокарда и смертности от сердечно­сосудистых заболеваний . Установлена также связь между увеличением случаев различных видов рака и применением тиазолидиндионов .

Наиболее многообещающим препаратом для лечения жировой дистрофии печени на начальной и умеренной стадиях на сегодняшний день является метформин . Основное его действие заключается в супрессии базальной продукции глюкозы печенью, а следовательно, в снижении содержания глюкозы натощак (при жировом гепатозе могут быть повышены уровень глюкозы натощак и диастолическое артериальное давление ). Одновременно происходит уменьшение концентрации инсулина благодаря улучшению чувствительности к нему (за счет уменьшения гликемии натощак), триглицеридов и СЖК. При длительном применении метформин способствует снижению массы тела. Механизм указанных эффектов лежит в стимуляции ПК­А, что приводит к снижению активности ацетил­СоА карбоксилазы и малонил­СоА, возрастанию окисления жирных кислот и подавлению липогенеза, в том числе в печени. При этом препарат имеет вполне приемлемый профиль побочных эффектов , хотя и не рекомендуется сочетать его с интенсивными физическими нагрузками и алкоголем. Терапия метформином, как правило, длительная, поэтому для пациентов, принимающих одновременно ряд препаратов, не последнюю роль играет финансовая сторона лечения и его эффективность. Препарат Метфогамма® производства Германии полностью отвечает требованиям «цена — качество», так как единственный в Украине выпускается в упаковке по 120 таблеток. Метфогамма® доступна пациентам в трех различных дозировках — 500, 850 и 1000 мг.

Альфа­липоевая кислота, так же как и метформин, не стимулирует продукцию инсулина, но повышает инсулин­опосредованное потребление глюкозы тканями, причем при внутривенном введении — на 30–50 %, а при пероральном приеме — примерно на 20 % . Хотя механизм действия α­ЛК до конца не изучен, известно, что, являясь мощным антиоксидантом, она блокирует активацию сериновых киназ, потенциально опосредующих ИР . Эти киназы являются одним из главных регуляторов транскрипции ядерного фактора κB (NF­κB), ассоциированного с рядом хронических заболеваний, таких как СД и атеросклероз. α­ЛК как агент, препятствующий постоянной активации NF­κB, является многообещающим средством в лечении инсулинорезистентности и жирового гепатоза . Среди препаратов α­ЛК особое внимание заслуживает уникальная форма — Тиогамма® Турбо производства немецкой фармацевтической компании «Верваг Фарма». Тиогамма® Турбо выпускается во флаконах по 50 мл, содержащих эффективную дозу α­ЛК — 600 мг. Особенностью данной лекарственной формы является ее малый объем, в связи с чем препарат может широко использоваться у лиц пожилого возраста, имеющих сопутствующие сердечно­сосудистые заболевания, страдающих заболеваниями почек, принимающих параллельно другие инфузионные препараты. Так как ­Тиогамма® Турбо содержит в своей основе меглюминовую соль, при лечении этим препаратом значительно реже встречаются аллергические реакции по сравнению с другими препаратами α­ЛК.

Помимо перечисленных препаратов были попытки предложить и другие лекарственные средства, такие как пробукол, бетаин, урсодезоксихолевая кислота, лозартан, пентоксифиллин, орлистат. Однако медикаментозная терапия НАСГ на данный момент все еще находится на этапе разработок и эффективность ее не доказана. Окончательные результаты некоторых проводимых длительных исследований ожидаются в ближайшем будущем .

Недавно проведенный метаанализ, представленный на ежегодном митинге Американской ассоциации по изучению заболеваний печени (AASLD), показал, что хирургия, направленная на снижение массы тела, приводит к уменьшению проявлений и даже полному исчезновению жирового гепатоза примерно у 80 % пациентов .

В исследовании с использованием базы данных NHANES III (National Health and Nutrition Examination Survey) было показано, что умеренное употребление алкоголя (1 бокал вина в день) снижает риск НАСГ наполовину .

Таким образом, метаболический синдром, ожирение и инсулинорезистентность рассматриваются как главные факторы риска жирового перерождения печени. Поэтому терапевтические подходы в первую очередь должны быть направлены на снижение инсулинорезистентности и липогенеза, в том числе в печени. Такими подходами являются модификация образа жизни, что подразумевает здоровое питание с ограничением животных и гидрогенизированных жиров (маргарины), алкоголя в большом количестве, увеличением в рационе продуктов с низким гликемическим индексом (овощи и фрукты), расширение физической активности, а также применение препаратов, улучшающих чувствительность к инсулину, — альфа­липоевой кислоты и/или метформина.

Список литературы

1. Angulo P. Nonalcoholic fatty liver disease // N. Engl. J. Med. — 2002. — Vol. 346. — P. 1221-31.
2. Jiang J., Torok N. Nonalcoholic Steatohepatitis and the Metabolic Syndrome // Metabolic Syndrome and Related Disorders. — March 2008. — P. 1-7.
3. Seppala-Lindros A., Vehkavaara S., Hakinen A.M. et al. Fat accumulation in the liver is associated with defects in insulin suppression of glucose production and serum fatty acids independent of obesity in normal men // J. Clin. Endocrinol. Metab. — 2002. — Vol. 87. — P. 3023-3028.
4. Bugianesi F., McCullough A.J., Marchesini G. Insulin resistance: a metabolic pathway to chronic liver disease // Hepatology. — 2005. — Vol. 42. — P. 987-1000.
5. Hsiao T.J., Chen J.C., Wang J.D. Insulin resistance and ferritin as major determinants of nonalcoholic fatty liver disease in apparently healthy obese patients // Int. J. Obes. Relat. Metab. Disord. — 2004. — Vol. 28. — P. 167-72.
6. Suzuki A., Angulo P., Lymp J. et al. Chronological development of elevated aminotransferases in a nonalcoholic population // Hepatology. — 2005. — Vol. 41. — P. 64-71.
7. Bedogni G., Miglioli L., Masutti F. et al. Prevalence of and risk factors for nonalcoholic fatty liver disease: the Dionysos nutrition and liver study // Hepatology. — 2005. — Vol. 42. — P. 44-52.
8. Kerner A., Avizohar O., Sella R. et al. Association between elevated liver enzymes and C-reactive protein: possible hepatic contribution to systemic inflammation in the metabolic syndrome // Arterioscler. Thromb. Vasc. Biol. — 2005. — Vol. 25. — P. 193-7.
9. Puli S.R., Fraley M.A., Puli V., Kuperman A.B., Alpert M.A. Hepatic cirrhosis caused by low-dose oral amiodarone therapy // Am. J. Med. Sci. — 2005. — Vol. 330(5). — P. 257-61.
10. Beringer P., Troy D.A., Remington J.P. Remington, the science and practice of pharmacy. — Hagerstwon, MD: Lippincott Williams & Wilkins, 2006. — Р. 1419.
11. Australian medicines handbook / Ed. by S. Rossi. — Adelaide: Australian Medicines Handbook Pty Ltd., 2006.
12. Klareskog L., van der Heijde D., de Jager J.P. et al. Therapeutic effect of the combination of etanercept and methotrexate compared with each treatment alone in patients with rheumatoid arthritis: double-blind randomised controlled trial // Lancet. — 2004. — Vol. 363(9410). — P. 675-81.
13. Killalea S.M., Krum H. Systematic Review of the Efficacy and Safety of Perhexiline in the Treatment of Ischemic Heart Disease // American Journal of Cardiovascular Drugs. — 2001. — Vol. 1(3). — P. 193-204. 14. Khalid A. Osman, Meissa M. Osman, Mohamed H. Ahmed. Tamoxifen-induced non-alcoholic steatohepatitis: where are we now and where are we going? // Expert opinion on drug safety. — 2007. — Vol. 6(1). — P. 1-4.
15. Kim J.Y., Lee H.W. Metabolic and Hormonal Disturbances in Women with Epilepsy on Antiepileptic Drug Monotherapy // Epilepsia. — 2007. — Vol. 48(7). — P. 1366-1370.
16. Adams L.A., Angulo P. Treatment of non-alcoholic fatty liver disease // Postgrad. Med. J. — 2006. — Vol. 82. — P. 315-22.
17. Oha S.-Y., Choa Y.-K., Kanga M.-Su et al. The association between increased alanine aminotransferase activity and metabolic factors in nonalcoholic fatty liver disease Metabolism // Clinical and Experimental. — 2006. — Vol. 55. — P. 1604-1609.18. Liangpunsakul S., Chalasani N. Is hypothyroidism a risk factor for non-alcoholic steatohepatitis? // J. Clin. Gastroenterol. — 2003. — Vol. 37. — P. 340-3.
19. Cassiman D., Jaeken J. NASH may be trash // Gut. — 2008. — 57(2). — P. 141-4.
20. Grundy S.M., Cleeman J.I., Daniels S.R. et al. Diagnosis and management of the metabolic syndrome: An American Heart Association/National heart, Lung, and blood Institute scientific statement // Circulation. — 2005. — Vol. 112. — P. 2555-2580.
21. Zhou G., Myers R., Li Y. et al. Role of AMP-activated protein kinase in mechanism of metformin action // J. Clin. Invest. — 2001. — Vol. 108. — P. 1167-1174.
22. Guan Y., Hao C., Cha D.R. et al. Thiazolidinediones expand body fluid volume through PPARγ stimulation of ENaC-mediated renal salt absorption // Nature Medicine. — 2005. — Vol. 11. — № 8. — P. 861-866.
23. Ge K., Cho Y.-W., Guo H. et al. Alternative Mechanisms by Which Mediator Subunit MED1/TRAP220 Regulates Peroxisome Proliferator-Activated Receptor γ-Stimulated Adipogenesis and Target Gene Expression // Mol. Cell Biol. — 2008. — Vol. 28. — № 3. — P. 1081-1091.
24. Akune T., Ohba Sh., Kamekura S. et al. PPARγ insufficiency ­enhances osteogenesis through osteoblast formation from bone marrow progenitors // J. Clin. Invest. — 2004. — Vol. 113, № 6. — P. 846-855.
25. Nissen S.E., Wolski K. Effect of Rosiglitazone on the risk of myocardial infarction and death from cardiovascular diseases // NEJM. — 2007. — Vol. 356. — P. 2457-2471.
26. Ramos-Nino M.E., MacLean C.D., Littenberg B. Association between cancer prevalence and use of thiazolidinediones: results from the Vermont Diabetes Information System // BMC Med. — 2007. — 5. — P. 17.
27. Jacob S., Henriksen E.J., Tritschler H.J., Augustin H.J., Dietze G.J. Improvement of insulin-stimulated glucose-disposal in type 2 diabetes after repeated parenteral administration of thioctic acid // Exp. Clin. Endocrinol. Diabetes. — 1996. — Vol. 104. — P. 284-288.
28. Birnbaum M.J. Turning down insulin signaling // J. Clin. Invest. — 2001. — Vol. 108. — P. 655-659.
29. Mohamed A.K., Bierhaus A., Schiekofer S. et al. The role of oxidative stress and NF-kB activation in late diabetic complications // BioFactors. — 1999. — Vol. 10. — P. 157-167.
30. Huang M.A., Greenson J.K., Chao C. et al. One-year intense nutritional counseling results in histological improvement in patients with non-alcoholic steatohepatitis: a pilot study // Am. J. Gastroenterol. — 2005. — Vol. 100(5). — P. 1072-81. 
31. Bugianesi E., Gentilcore E., Manini R. et al. A randomized controlled trial of metformin versus vitamin E or prescriptive diet in nonalcoholic fatty liver disease // Am. J. Gastroenterol. — 2005. — Vol. 100(5). — P. 1082-90.
32. Belfort R., Harrison S.A., Brown K. et al. A placebo-controlled trial of pioglitazone in subjects with nonalcoholic steatohepatitis // N. Engl. J. Med. — 2006. — Vol. 355(22). — P. 2297-307.
33. Clark J.M., Diehl A.M. Nonalcoholic fatty liver disease: an underrecognized cause of cryptogenic cirrhosis // JAMA. — 2003. — Vol. 289. — P. 3000-4.
34. Dunn W., Xu R., Schwimmer J.B. February Modest wine drinking and decreased prevalence of suspected nonalcoholic fatty liver disease // Hepatology. — 2008. — Vol. 47(6). — P. 1947-1954.

Рак печени, или как говорят в народе – «онкология печени», является достаточно распространенным заболеванием. Это значит, что множество людей ищут ответ на вопросы можно ли вылечить рак печени и сколько с ним живут, с чем мы и попробуем разобраться.


Согласно данным исследований, чаще болеют мужчины. У них частота заболеваемости этим видом рака составляет около 13 на 100 тыс. человек и занимает пятое место по структуре после рака легкого, желудка, простаты и прямой кишки. У женщин частота заболеваемости около 5 на 100 тыс. человек, а по структуре – на восьмом месте.

Интересно, что в развитых странах рак печени находится у мужчин на шестом месте, а у женщин – на шестнадцатом среди всех онкологических новообразований. В менее развитых странах картина несколько другая: третье и шестое место соответственно. Многие ученые высказывают мнение, что на ситуацию влияет то, как в целом живут люди в стране: приверженность к здоровому образу жизни, качественные продукты, внимание к составлению диеты, умеренное употребление алкоголя, более осторожный подход к лечению болезней.

По происхождению рак печени различается на первичный и вторичный, или метастатический. Первичный рак печени развивается непосредственно в гепатоцитах, а метастатический происходит из-за проникновения в печень метастазов из других органов, пораженных злокачественной опухолью.

генез печени

По статистике, первичный рак печени встречается намного реже, чем метастатический.
По морфологическим особенностям, полученным в результате биопсии опухолей, бывает:

происходящий из малигнизированной доброкачественной опухоли или печеночных клеток – гепатома или гепатоцеллюлярный рак печени, фиброламеллярная карцинома, гепатобластома; образовывающийся на основе эпителиальных клеток желчных протоков – холангиома или холангиоцеллюлярный рак печени; смешанный – холангиогепатома; недифференцированный – когда невозможно определить природу опухоли; мезодермальные новообразования – ангиосаркома (гемангиоэндотелиома), эпителиоидная гемангиоэндотелиома, саркома и т. д.

Гепатоцеллюлярный рак среди всех онкологических образований печени занимает около 85%. Около 5–10% первичного рака печени приходится на холангиоцеллюлярный рак, а менее 5% – на достаточно редкие опухоли: гемангиосаркому, гепатобластому, мезенхимальные опухоли.

генез печени

Наиболее распространенный вид рака среди злокачественных новообразований печени. Находится на седьмом месте среди всех видов рака у мужчин, и на девятом – у женщин. В год выявляется более, чем 300 000 случаев заболевания. Соотношение заболеваемости мужчин и женщин – от 4:1 до 8:1. Как видим, мужчины болеют этим видом рака заметно чаще, чем женщины. Средний возраст заболевших – 40–60 лет.

Этиология ГЦК всё-таки до конца ещё не изучена. Однако, многие исследователи сошлись на мнении, что наличие предшествующей алкогольной или другой интоксикации, а также воспалительных или паразитарных заболеваний печени существенно повышают «шансы» развития ГЦК.
Существует достаточно много факторов риска, способных спровоцировать развитие гепатокарциномы.
Рассмотрим самые распространенные из них.

Велика роль вирусов гепатитов B и C, которые обладают сильными антигенными свойствами и, внедряясь в гепатоциты, могут провоцировать развитие опухолевого процесса. Сначала формируются участки поврежденных гепатоцитов (матово-стекловидные гепатоциты), затем доброкачественная опухоль – аденома печени и, наконец, злокачественная – ГЦК. При инфицировании вирусом гепатита С более, чем в 40% случаев наблюдаются явления дисплазии гепатоцитов. Риск возникновения ГЦК возрастает при инфицировании несколькими видами вирусов. Наиболее часто развитие ГЦК у больных с предшествующим циррозом (до 70–90%). Особое значение придается циррозу, возникшему на фоне хронического вирусного гепатита. Алкоголь не является прямым канцерогеном, однако, он может усилить канцерогенные свойства факторов окружающей среды. Также ГЦК у лиц, злоупотребляющих алкоголем, часто возникает на фоне алкогольного цирроза. Сочетание вирусного поражения с хроническим алкоголизмом особенно неблагоприятно в плане развития рака печени. По данным исследований, одним из главных моментов возникновения ГЦК, возможно, является белковое голодание, перенесенное в раннем детском возрасте. Имеет значение преобладание углеводов в рационе, которые вызывают развитие дистрофических процессов в печени и других органах. Длительное воздействие эстрогенов в больших количествах (например, при терапии) может вызвать изменение печеночных ферментов, развивается аденома печени с последующей малигнизацией. Также играет большую роль гормональный дисбаланс. Так, например, у мужчин-алкоголиков при развитии цирроза происходит повышение соотношения эстрогены/тестостерон. Некоторые существующие доброкачественные опухоли печени (трабекулярные аденомы, цистаденомы) могут трансформироваться в рак. В развитии заболевания также имеет значение среда обитания, характер питания, специфика предшествующих заболеваний печени.

генез печени

Ранние симптомы рака печени неспецифичны и проявляются ощущениями тяжести и давления в эпигастрии, умеренной болью в правом подреберье, которая может носить постоянный или приступообразный характер. Также отмечается слабость, упадок сил, явления общей астении, похудение, периодическая субфебрильная температура.


С течением времени интенсивность болей нарастает, появляется желтуха, расширение подкожных вен на передней стенке живота, асцит. Похудение быстро прогрессирует, астения нарастает, кожа приобретает типичный бледно-серый (землистый) оттенок, отмечается постоянное повышение температуры тела. Увеличивается печень, причем ее увеличение может заметить сам больной. Поверхность ее неровная, плотная. При более поздней степени болезни даже можно пропальпировать опухоль печени.

Гепатокарцинома может протекать также по типу острого лихорадочного состояния, при котором ведущим симптомом является высокая температура тела, или иметь малосимптомное течение.

Встречается намного реже, чем ГЦК. Важную роль в этиологии играют глистные и паразитарные инвазии (описторхоз, шистосомоз, клонорхоз), а также первичный холангит, наличие кистозных изменений желчных протоков, прием анаболических стероидов. Придается определенное значение врожденным заболеваниям (фиброз печени, поликистоз и др.).
И мужчины, и женщины болеют одинаково часто. Средний возраст заболевших – 60–70 лет. При тотальных поражениях толстой кишки риск возникновения повышается на 10%.
Ранние симптомы заболевания аналогичны предыдущей форме (слабость, субфебрильная температура, дискомфорт в правом подреберье и др.). Доминирующим признаком является желтуха.

Другие виды злокачественных опухолей печени встречаются очень редко.

генез печени

Существует множество классификаций рака печени.
Наиболее полно отражает гистологические изменения печени при развитии в ней опухоли классификация ВОЗ (C.M. Leevy еt al., 1994). Согласно этой классификации, злокачественные опухоли печени подразделяются на:

эпителиальные; неэпителиальные; смешанные; гемопоэтические и лимфоидные; метастатические; неклассифицируемые.

По клинико-морфологической классификации выделяются формы роста первичного рака печени.

Наиболее часто встречается рост карциномы в виде узла (уницентрический или мультифокальный) – 50–80% случаев. Опухоль исходит из гепатоцитов. В органе имеются множественные узлы бело-желтого цвета разных размеров. Причем при локализации на поверхности печени происходит их пупкообразное втяжение.

Массивный рост (в виде одиночного узла, в сопровождении сателлитов или полостная форма) встречается в 10–40% случаев. Имеет вид крупного узла, занимающего сегмент или долю печени, вокруг которого могут быть внутрипеченочные метастазы.

Остальные виды (диффузная форма и цирроз-рак) встречаются реже, до 15–20% случаев. Наблюдаются разбросанные по всей ткани печени мелкие узелки, которые могут сливаться между собой. Внешне печень практически не отличается от цирротической.

Злокачественные опухоли различаются дифференцировкой. По современным классификациям различают четыре степени дифференцировки клеток опухоли. При первой степени клетки опухоли высокодифференцированные и напоминают нормальные гепатоциты. Далее, при второй и третьей степени, клетки видоизменяются и постепенно теряют схожесть с нормальными клетками. А при четвертой степени становятся недифференцированными.

По мнению многих исследователей – чем выше дифференциация клеток опухоли, тем благоприятнее прогноз. Недифференцированные опухоли лечить достаточно трудно, они стремительно растут и быстро метастазируют.

Имеется клиническая классификация Американского объединенного комитета по раку (AJCC), 1992 г., где применяется группировка клинических данных по стадиям. Согласно ей, выделяют 4 стадии прогрессирования опухоли, в свою очередь, 3 и 4 стадии разделяются еще на несколько подвидов. По этой классификации рак печени 4 стадии обычно не излечим.

Параллельно используется анатомическая Международная классификация опухолей печени по системе TNM-6 (2002), где: Т — размер и положение первичной опухоли (T0, T1, T2, T3, T4); N — состояние регионарных лимфатических узлов (N0, N1, N2, N3); М — наличие или отсутствие отдаленных метастазов (M0, M1). Рядом стоящая цифра характеризует наличие и распространенность поражения, где 0 — отсутствие признака.

генез печени

Как отмечалось выше, ранние признаки рака печени малоспецифические и явные клинические проявления возникают уже в запущенных состояниях. Из-за этого диагностика рака печени, к сожалению, производится достаточно поздно и прогноз при этом часто неблагоприятный.

Следует обращать внимание на ухудшение состояния у больных циррозом печени, это может указывать на малигнизацию. Больные с доброкачественными опухолями печени должны находиться на диспансерном учете и проходить регулярное обследование (биохимический анализ крови, онкомаркеры, УЗИ и т. д.)

В исследованиях крови может отмечаться гипохромная анемия, лейкоцитоз со сдвигом влево лейкоцитарной формулы и токсическая зернистость нейтрофилов, увеличивается СОЭ.
Имеет значение определение онкомаркеров в крови – специфических веществ, обычно белковой природы. Их появление в определенном количестве в крови может указывать на наличие и рост злокачественного новообразования. Для ГЦК специфичным является выявление альфа-фетопротеина (АФП).

Следует помнить, что выявление онкомаркеров в крови не является диагнозом, а служит поводом для дальнейшего углубленного обследования.

Из инструментальных методов обследования широко применяется УЗИ, КТ, МРТ, радионуклидные методы, ангиография.

Все эти методы являются дополнительными, только биопсия органа с последующим гистологическим заключением позволяет точно верифицировать диагноз. Используется несколько видов биопсии.

Пункционная биопсия: тонко- или толстоигольная. Часто проводится под контролем УЗИ или КТ. Лапароскопическая биопсия. Хирургическая биопсия. Производится в тех случаях, когда биопсия по каким-либо причинам не была проведена до операции по удалению опухоли. Трансвенозная биопсия. Проводится при невозможности традиционной пункционной биопсии, например, при нарушениях свертываемости крови.

генез печени

Лечится ли рак печени? На этот вопрос нет однозначного ответа, также как и на вопрос «сколько живут с раком» — все зависит исключительно от состояния больного и времени обнаружения заболевания.

Выбор метода лечения производится индивидуально для каждого больного. Зависит от количества и размеров опухоли, степени поражения паренхимы печени, вовлечения в процесс крупных сосудов, сопутствующих заболеваний и т. д.

Основные принципы лечения:
1. Хирургическое – наиболее распространенный метод лечения. Объем вмешательства – от резекции до гемигепатэктомии.
2. Радиохирургия (радиочастотная термоабляция).
3. Криодеструкция.
4. Артериальная химиоэмболизация.
5. Полихимиотерапия.
6. Лучевая терапия.
7. Симптоматическое.

Некоторые больные пытаются лечить рак печени народными средствами или с помощью знахарей, целителей, экстрасенсов и т. д., тем самым теряя драгоценное время и ухудшая прогноз. Желательно обратиться к специалисту, пока не будет слишком поздно!

генез печени

Метастазы в печень поступают от опухолей из органов, снабжающихся воротной веной (v. portae). Чаще всего метастазы исходят из молочной железы, лёгких, почек, яичников, матки, толстого кишечника и желудка.

Также вторичное поражение печени возможно при прорастании в нее опухолей из смежных органов: желчного пузыря, желудка. Относится к IV стадии по клинической классификации.
Клинические симптомы рака печени очень схожи с первичным поражением. Диагностика заметно упрощается при выявлении очага опухоли. Лечение проводится в сочетании с терапией первичного очага.

Понравилась статья? Поделить с друзьями:
Добавить комментарий